pamela_7 (pamela_7) wrote,
pamela_7
pamela_7

Category:

Вспомним о чеченцах, мужественно оборонявших Брестскую крепость в годы ВОВ

На днях посмотрела фильм Александра Котта "Брестская крепость". В ролях: Павел Деревянко, Евгений Цыганов, Андрей Мерзликин и др. Фильм не понравился. Не зацепил никак. Досмотрела до конца специально, чтобы убедиться, что ни о какой объективности речи нет: где треть защитников - чеченцев? Мозг равнодушно контатировал: по трупам, остановившим советского водителя, бодренько проехал немецкий танк. Да-да, советские на такое не способны (вспомним, как они живьём сожгли жителей Хайбаха!)
Разве так нужно снимать? Вот "А зори здесь тихие..." был фильм! А этот...
Здесь нашла это:
К празднику победы вспомним о чеченцах, мужественно оборонявших Брестскую крепость в годы ВОВ
Мужественное сражение чеченцев в Бресте советская власть долгие годы замалчивала. Депортированный народ не мог быть героическим. Поэтому сотни погибших в стенах непокоренной крепости были признаны «без вести пропавшими».

Недавно на встрече с участниками форума «Россия на рубеже веков: надежды и реалии» президент страны Владимир Путин сказал: – Не многие знают, что примерно одна треть защитников Брестской крепости состояла из чеченцев. – Это признание стало откровением не только для отечественных журналистов, но и для иностранных гостей, принимавших участие в работе форума. Исторический факт – в октябре 1939 года и в феврале 1940 года более 300 юношей из Чечено-Ингушетии были призваны в Красную Армию и направлены в распоряжение командиров стрелковых полков, входивших в гарнизон Брестской крепости.

Среди защитников крепости, по данным военных историков, были представители 30 национальностей. Но о судьбе сотен уроженцев Чечено-Ингушетии, попавших служить в части гарнизона, долгие годы ничего не было известно. Большая часть архивов и личные документы красноармейцев сгорели во время пожара, который полыхал над развалинами больше месяца. Однако часть сохранилась. И мне удалось обнаружить среди полуистлевших и выцветших бумаг имена 188 уроженцев Чечни. Одна из их старейших сотрудниц музея рассказала, что в самые тяжелые минуты, оставшись без пищи, боеприпасов и надежды на спасение, они устраивали в глухих подземных казематах зажигательный танец лезгинку, поднимая дух остальных бойцов.

Бывший красноармеец Абдул-Кахир Шабуев из Надтеречного района вспоминал, что несколько сот бойцов на третий или четвертый день предприняли попытку вырваться из осажденной крепости. Однако сумели уйти лишь человек пятьдесят. Они догоняли уходящую на восток Красную Армию. Шабуев был тяжело ранен, остальные же чеченцы, прорывавшиеся вместе с ним, погибли. Погиб и единственный ингуш, бросившийся с ручным пулеметом на мост перед Северными воротами.

Айнди Лалаев.
По рассказу Сайд-Хасана Бейтемирова, одного из немногих выживших участников обороны крепости, здесь служили в основном новобранцы из Малгобекского, Надтеречного, Гудермесского, Итумкалинского, Шатойского, Урус-Мартановского районов. Но было и немало «чеченских» русских, евреев, грузин, украинцев. Вместе с призывниками Шатоевского района попал в Брест сельский учитель Иосиф Цыпко, Николай Сошенко из высокогорного аула Хильдыхарой и другие.

Служили грозненцы почти во всех частях Брестского гарнизона. Но особенно много в 125-м и 333-м полках. Некоторые взводы наполовину состояли из призывников-чеченцев. В 125-м же стрелковом полку было 35 ингушей. В субботние вечера они устраивали самодеятельные концерты с игрой на гармони и дечиг-пондаре (национальный струнный инструмент).

В первое время горцы чувствовали себя в крепости неловко. Старослужащие подшучивали и посмеивались над ними. Но очень скоро новички заставили с собой считаться, получив на стрельбищах лучшие результаты. Начальник гарнизона вызвал их, выстроил перед строем и поблагодарил за отличную стрельбу. Больше над ними уже никто не смеялся.

Николай Тихомиров.
Одним из командиров подразделения был грозненец Николай Тихомиров. Возможно, потому и дали ему в подчинение беспокойных сынов гор. Лейтенант относился к ним лояльно, прощал небольшие провинности, терпеливо учил воинскому делу, помогал адаптироваться в армейской обстановке, за что бойцы его очень уважали.

После окончания школы младших командиров помощником комвзвода стал Айнди Лалаев из Толстой-Юрта. По воспоминаниям однополчан, это был статный красивый парень, настоящий кавалерист. На состязаниях по рубке, стрельбе и джигитовке был первым во всей крепости. Айнди Лалаев несколько раз поднимал в атаку бойцов у Кобринских ворот. В последний раз его видели отстреливающимся у гарнизонного клуба. Лалаев – представитель целой семьи героев. Четыре его брата также самоотверженно сражались, трое из которых погибли на фронтах Великой Отечественной.

В Бресте служили также братья Магомед и Висаит Узуевы – уроженцы села Итум-Кале. Старший, Магомед, стал заместителем командира взвода и перед самой войной также обучал новобранцев. Он был среди тех, кто в ночь с 21 на 22 июня 1941 г. первым принял на себя удар немецкой группировки. Узнав, что Магомед остался в окруженной крепости, Висаит, находившийся в это время на учениях, решил прорываться к нему. О его дальнейшей судьбе ничего неизвестно. Висаит до сих пор числится «без вести пропавшим». Старший Узуев не раз поднимал бойцов в атаку и героически погиб в стенах цитадели. Имя Узуева высечено на мемориале защитников Брестской крепости. Ему посмертно присвоено звание Героя России. Спустя десятилетия.


Петр Яценко (слева) и Магомед Узуев.
О легендарных воинах Брестской крепости страна узнала сразу же после освобождения Белоруссии. В освещении героических событий огромную роль сыграл известный советский писатель Сергей Смирнов, автор книги «Брестская крепость». Писатель встречался со многими участниками и свидетелями тех событий – офицерами, сержантами, рядовыми красноармейцами, знавшими обо всем, что происходило здесь в первые дни войны. Но дотошный и скрупулезный исследователь трагедии брестской твердыни ни словом не обмолвился о бойцах-чеченцах, которые сражались вместе с другими защитниками и погибли почти в полном составе. Только из одного села Старые Атаги полегло в крепости 16 человек. Скорее всего, автор знаменитой книги получил запрет говорить о подвигах представителей депортированного народа, обвиненного в связях с гитлеровцами. Хотя известно, что нога немецкого солдата никогда не преступала границ Чечено-Ингушетии.

В центре Брестской крепости есть стела, под которой покоятся останки 850 воинов. На сегодня известны имена 222 человек, чьи инициалы золотом высечены на плитах мемориала. Среди них всего лишь трое уроженцев Чечни – А.А. Лалаев, М.Я. Узуев, и С.И. Абдрахманов. Чтобы оставшихся признали защитниками, необходимо иметь сведения военкоматов, красноармейские книжки погибших, или свидетельские показания двух живых участников обороны. Поскольку таковых сегодня почти не осталось, а архивные данные безвозвратно утрачены, сотни чеченцев, героически погибших при обороне Брестской крепости и покоящихся в братской могиле, до сих пор остаются «без вести пропавшими».
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments